История
02 декабря 2015 г.
Игорь Егоров

Ответ на вызов

На фото: Кадр из компьютерной игры Battlefield 3, в которой многие увидели предсказание парижских терактов 13 ноября.

Трагедии, наподобие недавней парижской — жестокое напоминание дремлющей Европе, что где-то история еще не умерла.

Не умерла она на кипящем Востоке, где в едином котле смешались современные технологии и высочайшие требования к личности первоначального ислама, породив целую гамму радикальных направлений, именуемую общим термином — салафизм (от арабского ас-саляф ас-салихун — праведные предки).

Европа не поняла и даже не стала разбираться, что за процессы вызвали серию цветных революций в Магрибе, в ходе которых многие арабские народы скинули искусственно надетые и удерживаемые диктаторами парализующие государственные формы. Более того, меряя всё своим аршином, Европа (а США тоже часть европейской цивилизации, только больно уж удачно расположенная) сама способствовала торжеству исламского ривайвелаRevival (англ.) — Возрождение.1, упрощая происходящее до понятного себе формата борьбы населения за демократические права.

Впервые за многие столетия мусульмане получили возможность самостоятельного государственного строительства. И построили кое-что соответствующее своёму менталитету. Так называемое Исламское государство Ирака и Леванта — ИГИЛ.

Новый Халифат. Халифат, не шарахающийся как от шайтана от современных технологий (как военных, так и информационных), материализовавший мечту по-своему понимаемого Сверхчеловека и потому легко находящий путь к сердцам миллионов мусульман (и не только мусульман).

Собственно ИГИЛ — это как плодовое тело гриба. Оно на поверхности, но вся сила — в грибнице. Более того, ИГИЛ, как и плодовое тело гриба, создано не для того, чтобы заполнить собой весь мир, а для того, чтобы выбросить в окружающее пространство тысячи и тысячи спор, что пробудят спящие грибницы там, куда не дошла ещё омолаживающая волна ривайвела.

То, насколько глубоко проникла в изнеженное тело Европы грибница салафизма показали и недавние теракты в Париже, в числе непосредственных исполнителей которых не только заезжие гастролёры, но и вполне себе законные граждане Франции.

Наступление Востока сегодня — это не легкокрылая берберская конница, не адские топоры мамлюков и не упорство янычар. Сегодня это беженец с заплаканными глазами, сотни сайтов, на всех языках показывающих разложение Запада и пропагандирующих Сверхчеловека Востока, это полноценные граждане своих стран, носящие в сердце совсем другой документ, это гастарбайтер, днём подметающий наши подъезды, а по вечерам у себя в норе, в мусорной камере мусоропровода, постигающий высшие смыслы адатов.

Все они части одного гигантского растущего организма — мирового Востока.

Битва при Хаттине

4 июля 1187 года.

В борьбе с этой грибницей неэффективны самые изощрённые изобретения Запада, те, что позволяли ему безмятежно спать последние полвека — авианосцы, самолёты-невидимки, суперкомьютеры и, наконец, бог всех ленивых — ядерное оружие. Так же неэффективны, как оказалась когда-то неэффективной бронированная рыцарская кавалерия на хаттинских холмах Битва при Хаттине — сражение между армией крестоносцев и сарацинами, возглавляемыми Саладином. Битва, закончившаяся полным разгромом крестоносцев, произошла 4 июля 1187 года возле населённого пункта Хаттин возле двух холмов, за свою форму прозванных Рогами Хаттина, именно здесь, согласно преданию, Христос произнёс Нагорную проповедь. Сражение началось атакой рыцарской кавалерии крестоносцев. Но боевые порядки сарацин расступились, пропуская кавалерию. Затем сарацины сомкнулись и, окружив крестоносцев плотным кольцом, почти полностью уничтожили их. В общей сложности в битве погибло 17 тыс. человек, в том числе магистр тамплиеров. Итогом битвы при Хаттине стало падение Иерусалима 2 октября 1187 года и переход его в руки Саладина.2.

Да, да. Был ещё период в истории европейской цивилизации, когда её доминирование да и вообще само существование было подвергнуто сомнению. И тогда тоже источником угрозы являлся Восток.

Середина пятнадцатого века… Давно уже канули в Лету рыцарские королевства в Передней Азии, зато свежа память о никопольском разгроме, на Пиренеях не видно конца Реконкисте, только что пал Константинополь…

Нет у Европы решающего козыря в конкурентной борьбе с Востоком. Рыцарские ордена ничуть не фанатичнее суннитских орденов, не говоря уже о шиитах-низаритах. Дамасская сталь ничем не хуже шеффилдской, а есть ещё и секрет булата. Медицина на Востоке не хуже, химия (даже в формате алхимии) тоже. Астрономия до сих пор хранит родимый отпечаток Востока — практически все видимые звёзды северного полушария имеют арабские названия. Гигантская обсерватория Улугбека в Самарканде — тому памятник.

Христианство давит на общественную мысль ничуть не слабее ислама и редкие проблески свободного разума подобны, по меткому выражению Вольтера, «червонцам, застрявшим в навозе своего века»На общественную мысль давило не христианство в целом как таковое, а Римская курия, предпочитающая любую мысль рассматривать с точки зрения потенциальной ереси. Однако внутри монашеских орденов, таких как францисканцы, зарождается прообраз будущей европейской науки. Францисканец Уильям Оккам, францисканец Роджер Бэкон — вот родоначальники того, что через несколько веков даст старт новой научной реальности. Папа Иоанн XXII был почти готов объявить францисканцев еретиками. 3.

В общем, борьба идёт на два результата — на ничью путём взаимного истощения и торможения и на победу сильнейшей стороны и конец Европы (за 500 лет до Шпенглера).

В этой ситуации, хочешь — не хочешь, а пришлось искать эффективные способы противодействия более чем реальной угрозе.

Были найдены два пути, назовём их по именам авторов условно «Путь Савонаролы» и «Путь Мирандолы»

Портрет Савонаролы
Автор: Фра Бартоломео, 1498 г.

Джироламо Савонарола родился в 1452 г. в Ферраре и был сыном и внуком знаменитых врачей. Он получил хорошее домашнее образование как по естественным наукам (ему тоже прочили карьеру врача), так и по гуманитарным. Глубоко и страстно верующий и даже мистически настроенный Савонарола скорбел об государственном и общественном неустройстве, видимые им во всех городах Италии и неспособности церкви изменить ситуацию в силу собственного несовершенства. Он даже написал стихотворение-молитву «О разрушении церкви».

Савонарола как и всякий пассионарий горел сам и желал, чтобы горели и другие. Являлось ли это следствием особенностей характера или юношеской попытки самоубийства, когда приняв недостаточную дозу природного яда, Савонарола сутки пробыл между жизнью и смерть и, по его словам, видел рай, собственно не важно.

Для повышения конкурентоспособности Европы, Савонарола предложил как бы «перемусульманить» мусульман, т.е. стать европейцам еще более фанатичными и религиозными, ввести жёсткие внешние требования к поведению и обличию людей, ограничения и табу, сопровождавшиеся духовным перерождением в духе первоначального христианства. К священникам и монахам требования вообще были запредельные.

И так случилось, что Савонароле выпал случай реализовать свои взгляды на практике. Осенью 1494 года народ Флоренции избавился от упыря Пьеро Медичи Пьеро II ди Лоренцо де Медичи (итал. Piero di Lorenzo de' Medici), прозванный Пьеро Глупый (1472-1503), старший сын Лоренцо Великолепного, фактический правитель Флоренции с 1492 года до его изгнания из республики в 1494 году.4.

Моральный авторитет Савонаролы сделал его фактически правителем города. Над Флоренцией взошла звезда христианского фундаментализма.

Проповедь Савонаролы во Флоренции.

Фрагмент картины Н.П.Ломтева

Просто республиканское устройство не даст никакого выигрыша, рассудил Савонарола, без поголовного духовного перерождения флорентийцев в духе первоначального христианства, отказа от излишеств, строжайшего соблюдения христианских норм и обрядов. Следить за этим были призваны отряды молодёжи — сторонников Савонаролы, которые запросто могли войти в дом, проверить что ты делаешь накануне Страстного четверга или празднуешь ли Пятидесятницу.

Появление на улицах в роскошной одежде, а равно пользование духами могли стоить и того, и другого: на т.н. «кострах тщеславия» эти наряды славно полыхали, политые духами.

Дважды — накануне Великого поста в 1497 и 1498 годах — Савонарола организовывал во Флоренции общегородское «сожжение сует». Это был финал религиозного шествия, которое мыслилось как антипод непристойному карнавалу в других городах Италии. На площади Синьории строилась ступенчатая пирамида «сует». Здесь были карнавальные костюмы и маски, украшения, музыкальные инструменты, шахматы, колоды карт, скульптуры, научные трактаты, картины и книги светского содержания (как не вспомнить классическое — «Если в этой книге написано тоже, что и в Коране, то зачем повторяться? Если же то, что противоречит Корану — она есть грех»). Так погибло не одно произведение искусства...

При этом нельзя сказать, что имела места присущая всем подобным теократиям авторитарная темень. Флоренция получила уникальное для того времени государственное устройство республиканского типа.

По предложению Савонаролы учреждался главный законодательный орган — Большой Совет. В него вошли так называемые бенефициаты — флорентийские мужчины старше 29 лет, без неуплаченных долгов, у которых хотя бы один из предков до третьего колена состоял в одной из высших магистратур города. Таких набралось 3200 человек (население Флоренции тогда насчитывало примерно 90 тыс. человек). Раз в шесть месяцев на заседаниях Большого Совета выбирался Совет Восьмидесяти. Это был совещательный орган при правительстве Флоренции — Синьории. Все главные магистратуры города, (в которые также мог быть избран любой гражданин) переизбирались раз в два, четыре или шесть месяцев, многие из них — по жребию («по воле Господа»). Такая форма правления во Флоренции сохранилась после смерти Савонаролы вплоть до 1512 года, при этом отменив запрет Савонаролы на самодеятельные собрания. И его же требование считать Иисуса Христа царём города.

Через эту школу политики прошли сотни горожан, став, таким образом, ядром того политического класса, которому в итоге было суждено вознести Европу. Достаточно сказать, что личным представителем Савонаролы в Синьории был Никколо Макиавелли.

Если демократические формы горожане восприняли с охотой, то вот «мусульманить» им не очень понравилось. Вытерпели они ровно четыре года — религиозная экзальтация пошла на спад, многих стали раздражать шпионы, строгая аскеза и апокалиптические лозунги.

Папа Александр VI (ну да, тот самый Борджия) пытался то подкупить, то урезонить, то запугать чересчур активного проповедника. В ответ получал такие вот обвинения: «Рим — это Вавилон, вместо христианства прелаты отдаются поэзии и красноречию. Вы найдёте в их руках Горация, Вергилия, Цицерона»… В итоге Папа обвинил Савонаролу в государственной измене и ереси (то ли наоборот — в ереси и государственной измене). Народ не без злорадства сдал своего духовного вождя.

Савонарола был повешен, а затем сожжён 23 мая 1498 года. На той же флорентийской площади, где устраивал свои костры тщеславия…

Кстати, а откуда в руках у папских прелатов взялись Гораций, Вергилий, Цицерон? А это постаралось другое, условно говоря «прогрессистское» направление Ренессанса, ярчайшим представителем которой был другой житель той же Флоренции (они, кстати, с Савонаролой были в неплохих личных отношениях) — Пико делла Мирандола.

Джованни Пико делла Мирандола
Портрет: из серии Джовио

Мирандола родился 24 февраля 1463 года (даты важны, чтобы понять событийную последовательность и воздействие возрастных различий на взаимоотношения персоналий).

В возрасте современного студента (18-20 лет) посещал лекции в Падуанском университете, где благодаря сближению с полузапрещёнными тогда последователями Аверроэса (исламский философ Ибн-Рушд) познакомился как с трудами античных авторов, так и арабских и еврейских мыслителей.

Как результат, Мирандола понял, что христианская Европа ничего не может предложить (если угодно — противопоставить) мусульманскому Востоку. Просто потому, что ни в чём его не превосходит. В отдалённой перспективе такое противостояние в лучшем случае приведёт ко взаимному истощению.

Выход из тупика был найден в герменевтически трактуемых идеях Аристотеля, а именно в концепции двух истин — взаимной независимости и равенства истины разума и истины религии.

Разум должен быть выведен за пределы треугольника Троицы и получить право свободно постигать всё, что находится за пределами религиозных рамок. Вот отсюда и «второе пришествие» в общественное сознание Горация с Вергилием и Цицероном. С Платоном, Аристотелем и Плотином. И многими, многими другими. Именно необходимость отвечать на вызовы времени, а не несоответствующая сану тяга к знаниям, заставили консерваторов-папистов взять в руки книги «клятых язычников»Стоит, правда, заметить, что Аристотель никогда не запрещался в Средневековой Европе и почитался наравне с христианскими теологами. Если же он был малодоступен для публики, то это было связано с рукописными технологиями, не позволяющими производить большое количество экземпляров любого труд — прим.ред.5.

«Разгадка всех загадок и разрешение всех проблем — человек. Постигнув и тем самым освободив Человека, христианский мир обретёт своё подлинное рождение» — примерно так можно сформулировать итог размышлений юного философа. Несложно догадаться, что с таким мировоззрением вся жизнь Мирандолы превратилась в игру в казаков и разбойников со Святой Инквизицией. Приютила скитальца, понятное дело, эта странная Флоренция.

Что собственно прямым текстом говорил Мирандола и вслед за ним повторили тысячи и тысячи мыслителей побеждающего Возрождения: «Сказал Бог: Не даём мы тебе, о Адам, ни своего места, ни определённого образа, ни особой обязанности, чтобы и место и лицо, и обязанность ты имел по собственному желанию, согласно своей воле и своему решению. Образ прочих творений определён в пределах установленных нами законов. Ты же, не стеснённый никакими пределами, определишь свой образ по своему решению, во власть которого я тебя предоставляю. Я ставлю тебя в центре мира, чтобы оттуда тебе было удобнее обозревать все, что есть в мире. Я не сделал тебя ни земным, ни небесным, ни смертным, ни бессмертным, чтобы ты сам, свободный и славный мастер, формировал себя в образе, который ты предпочтешь... Ты можешь переродиться в низшие, неразумные существа, но можешь переродиться по велению своей души и в высшие, божественные... О высшее и восхитительное счастье человека, которому дано владеть тем, чем пожелает, и быть тем, кем хочет!»

Какой огромный шаг вперёд и ввысь! Признание за человеком свободы воли, признание суверенитета человека автоматически означало максимальное урезание религиозных ограничений, развитие наук о человеке, о природе, об обществе. Опорная парадигма Средневековья — Спасение — уступает место Творчеству. Собственно и само понятие творчества стало применимо по отношению к человеку, а не только к Богу именно благодаря гуманистической философии возрождения.

Мысль только тогда становится реальной силой, когда овладевает массами, как говорили классикиВ свой работе 1917 года «Удержат ли большевики государственную власть?» В.И.Ленин процитировал Карла Маркса: «Идеи становятся силой, когда они овладевают массами».6. Учитывая уровень коммуникации и образованности общества той поры понятно почему человеческий переворот Возрождения занял несколько веков.

Мирандола не увидел торжества воспеваемых им идей. Он был отравлен (да, даже так вот решались мировоззренческие споры в ту эпоху) и скончался 17 ноября 1484 года во всё той же Флоренции, в возрасте 31 года…

Не увидел он и величайшего чуда в истории человечества — возвышения Европы. Чуда, совершённого руками осознавших себя людей, людей нового типа. Находящих опору в первую очередь внутри самих себя, смело смотрящих в лицо всему неизвестному, жаждущих великих свершений, активно проявляющих себя в общественной жизни, во всем стремящихся найти объективную истину.

Именно появление такого типа человека, по сути дела — Сверхчеловека эпохи Возрождения, человека всесторонне развитого, желающего и имеющего возможности учиться и учить новому, способного осваивать ранее пугающие методы и сферы действия, открывающего новые миры как вокруг, так и внутри себя радикальным образом изменило баланс между Востоком и Западом

Витрувианский человек

рисунок Леонардо да Винчи.

Это Витрувианский СверхчеловекВитрувианский человек (лат. Homo vitruviano), рисунок, созданный Леонардо да Винчи примерно в 1490-92 годах как иллюстрация для книги, посвящённой трудам Витрувия. В данном случае автор усиливает идею, заменяя «человека» на «сверхчеловека» — прим.ред. 7 создал фрегаты и телескопы, монгольфьеры и самозарядные карабины, великую литературу, живопись, архитектуру, поставил себе на службу все мыслимые и немыслимые силы природы…

И вот, спустя более чем полтысячелетия, Европа оказалась вновь под знаком вопроса.

В чём причина успехов глобального исламского наступления и сопутствующего цивилизационного кризиса?

Причиной этого, как и в Средние века, стало выравнивание уровня европейцев и других претендентов на цивилизованное первенство, в данном случае совершенно условно называемых Востоком.

Доминирующий средний человек Европы опять принципиально ничем не превосходит человека Востока. Оба они глядят в мониторы компьютеров, не понимая и не желая понимать как на них появляются изображения, оба смотрят примерно одни и те же фильмы и телепередачи, сидят в одних и тех же компьютерных сетях и рубятся в одни и те же игры…

Разница разве что — уровня достатка. На который последний и претендует, опираясь на более молодую и пассионарную религию, общинное и демографическое преимущество.

Противопоставить агрессивному количеству можно только качество, как это и сделало Возрождение. Современные информационные и социальные технологии, определённая свобода социального творчества, а главное — непреклонное давление обстоятельств — делают безальтернативным Новое Европейское Возрождение, новый европейский гуманизм, гуманизм Нового Человека Нового Тысячелетия.


Авторское право © 2013 - г.г. radire.info. Все права защищены.

Копирование материалов разрешено только со ссылкой на radire.info